top of page
Пошук
  • Фото автораNitka Note

Записи с Дайри 2017

Четверг, 16 февраля 2017

01:30

Девять месяцев спустя. Меня не было в реальности девять месяцев. Это очень много и надо бы завести хорошую привычку писать хоть что-то каждый месяц. Все говорят, что писать всякие всякости, то что происходит каждый день - очень полезно для писателя, это даёт ему материал для будущих размышлений и произведений, и вообще очень полезно. Так что пора бы заводить. Но описать сразу всё за 9 месяцев... Это сложновато. Даже не представляю если это действительно возможно, но я попробую, так, концентрированненько. Сейчас я выгляжу вот примерно так, только блондинка. Если по-хорошему.


Я пошла на работу. Сначала, чтобы накопить денег на поездку в Москву - вот так это началось. Мы с Марией в прошлом ноябре ездили на Кубок России (вот так громко) по фигурному катанию. Было очень весело, очень спортивно, у меня дух захватывало. Поехали очень ненадолго так как я всё боялась пропустить пары (дурочкой прилежной была потому что). Жили в живописном хостеле, где по-ночам я дописывала посвящения к книге НЖЗ, чтобы передать девочке, чтобы та их поотправляла с книгами - так как отправлять что-либо в Россию было очень дорого (как и сейчас). Мы немного чего посмотрели - на Ленинку сходили но к самому трупу не пошли, так как там была огромная очередь и ещё, помню, что меня тоже поразило, была какая-то длинная очередь на какую-то замшелую выставку Второй/Первой мировой - такая длинная, что люди выстраивались каким-то непонятным лабиринтом.


Москва мне не очень понравилась - холодная и злющая, люди тоже холодные.


Питались мы ерундой - я купила себе замороженный борщ-не-борщ и потом долго плевалась.


Но атмосфера понравилась - так всё... спортивно что-ли, одухотворённо - поприезжали люди с разных стран - с Японии тоже, просто чтобы поддержать своих любимчиков, куча паппараци и мы с Машкой всё время скакали по разным корпусам, пытаясь выискать место поудобнее, так как сели в черти-какой ряд и было очень далеко, а поэтому, как оказалось - бессмысленно. А ещё там нельзя было ничего с собой привозить и приносить - а внутри всё такое безумно дорогое, что мы выходили попить чаю с моего термоса каждый перерыв. И это было очень забавно. Перед объездом мы купили сушек - и добавляли в чай сушки, так что выходило очень вкусненько. Только этот термос нас и спасал, так как Москва и ноябрь - это огромная холодина.


Ещё, выходила же книжка и уже когда мы уезжали, я передала замечательной девочке Оле посвящения - пожелания, написанные на бумажечке каждому, кто захотел - чтобы она вложила их в книги.


Было очень классно - это был мой первый выезд за границу, ещё и с близким человеком - так что я была в восторге.


Это изменило меня - как меняет меня очень многое - как меняет меня время.


На самом деле это так интересно наблюдать за собой - как я меняюсь внутренне, как расширяются мои горизонты и, в то же время душа уходит всё глубже и глубже - как бы, как короткое замыкание. Если я и плачу - это это внутри, иногда месяцами, но теперь это никто не увидит. Ещё мне бывает очень больно - это какой-то надлом, пропасть. Но, я не думаю, что это плохо - наоборот - оттуда и берутся все мои сюжеты и стихи, оттуда берётся мой смысл - так что не знаю, нужно ли это лечить.


Так вот, вернулась я задумавшаяся - мне не понравилась Москва - но это не в плохом смысле. Просто не мой город - тусклый, серый ноябрь и такие же тусклые холодные люди. Но, честно говоря, я думаю, я просто не привыкла к Москве, не притёрлась. Я много слышала о Питере и успела полюбить его заочно - со всеми его разводными мостами, с живущими там героями "Богемы", со всеми непосещёнными библиотеками, со Сплином, который я люблю безумно. А Москва...

Зато я вдруг поняла, как я люблю Киев. Господи, безумно. Я так ещё ни один город не любила.


Я приехала - и я как-будто очнулась - я провела в Киеве больше года, но я была как слепая. Я ничего не видела, ничего не слышала, не обращала внимания - я всегда вот такая - человек в себе.


А тут - действительно - как очнулась. Эти мощёные улочки - подъемы-спуски. Эта архитектура, музей Булгакова, Андреевский спуск, Пейзажная аллея, мои любимые зелёные крыши церквей. Дедушки, которые в любую погоду в парке Шевченко играют в шахматы - много таких дедушек и там же в хорошую погоду уроки сальсы просто так - бери - не хочу, задаром. Это всё отдаёт немного советско стариной. Как-то идя с работы я вдруг остановилась и пораженно подумала: "Боже, как красиво" - со мной ещё никогда такого не было.


И это действительно красота. Здесь есть такие улицы где модерн или советская архитектура сочетается с европейским стилем. Есть такая улочка, где когда-то построили дорогущие здания, чтобы их раскупили иностранцы, которые тогда захаживали в Киев и часто прятались там от войны. Но, как мы знаем из "Белой гвардии" Булгакова Киев тогда передавался из рук в руки - Петлюра, Скоропатский, большевики, и все тянут лямку на себя, и в итоге, сначала вся светскость перепугалась и умчала куда-то в другие неведомые дали, а после войны недвижимость так подорожала, что купить эти здания так никто и не смог. И вот теперь стоят они во всём своём великолепии: - идёшь, кажется что ты где-то в Чехии или Нидерландах, а домики-то пустые, только бутики на нижних этажах.


Кстати о работе, так вот, где-то в конце мая я устроилась на работу в компанию по бинарным опционам - финансовый рынок - смешно подумать, на английском с клиентами разговаривать. История вообще занимательная - кому не рассказываю - все до сих пор смеются. Я на work.ua подавала всякие резюме, мол, по-английски бекаю, хочу понимаете, работать преподавателем на курсах.


Работать хотелось страшно. Я как страшный сон вспоминала прошлый год, когда я приехала после лагеря домой на месяц и этот месяц у меня совершенно вывалился из жизни. Помню только парочку событий - помню, как разговаривала с Татьяной - женой брата, что если они зиму переживут, то можно и замуж - они вышли - неудачно. Помню, как пару раз ходила с малышнёй на аэробику, помню, как бабушка уже умерла, и мама вечно ходила домой к ней открывать форточку.


Помню как мама там мыла полы и просила меня перевешивать гардины и я перевешивала - это было сложно так как крючки были маленькие, но я слушала Пимслера - обучалку на японском - там было про сочетание, вычитание и вообще про числа. Мама с папой (или Саша (брат)?) купили новую дачу, на которой снесли дом поэтому там остались какие-то одни бетонные огрызки и я ходила по ним как избалованный ребёнок пока мои что-то там обсуждали и ели. Я не любила дачу.


В лагере я поправилась, так как поедала всякие всякости, которые недоедали дети - и стала такой...основательной. Ненавижу это время.


Ещё помню, как я сидела и разговаривала с Машей в темноте. Дома никого не было и раздавались выстрелы а я вслух размышляла о том, что будет, если здание обрушиться - успею ли я что-то сделать. В любом случае оказывалось - что не успею и было действительно страшно.


А когда ехали обратно, на блокпосту нас пропустили, потому что увидели, что у папы в машине я сижу - типа, ребёнок.


Ещё помню, я купила утюжок, как всегда - самый дорогой, Татьяна захотела утюжок тоже. Саша сделал ванную в квартире, и у них был какой-то праздник, потому, что я помню как все собирались и мне приходилось так же сидеть за общим столом, а Тане с Сашей накупили кучу всякостей. Я привезла им жевательные тянучки и желейки но племяннику такое тогда было нельзя.


Я помню, я помню, я помню. Страшная штука - память.


В общем, я типа отдыхала, но отдых был такой - разрушительный. Как будто это была затяжная болезнь.


И, что самое ужасное - такая жизнь, она затягивает - подтирает стремления, желания, и ты чувствуешь эту рутину, которая просто не отпускает.


На самом деле - это самое страшное, что я когда либо боялась - рутины. И в отношениях и в жизни, вообще.


Мой страх обычно - это страх с примесью азарта. Я боюсь высоты и боли - я начала заниматься фигурным катанием, я, робкий по натуре человек, испытывала безотчетный страх перед авторитарными личностями (о них ещё - позже) и я постоянно себя с ними сталкивала. Я боюсь проблемы - и люблю их, это добавляет мне тонкую иглу адреналина и азарта. Как в том моветоне - всё, что не убивает... Но рутина - это слепой страх, которому я не хочу бросать вызов.


Поэтому отдых такого типа будет ещё долго сниться мне в кошмарных снах.


И я решила хоть на лето (тогда я всё ещё почитала университет как святое место и не думала, что буду его когда-либо пропускать) устроиться на работу, никому не говорить, что это на лето, а потом просто бросить. Я начала искать работу не спеша, издалека и тут мне позвонили:


- "Такая-то такая-то, работу ищете?"


- "Ну, да".


- "Хорошо, тогда..."


В общем, меня пригласили в Пятницу на собеседование, но, как человек ленивый, я сказала, что в пятницу у меня срочные дела, я не могу и вообще... Тогда неунывающая девочка с псевдонимом Алина, заявила, давайте проведём собеседование по телефону! Я брякнула типа, ну ок. Мы побеседовали что-то там о хобби, о чём-то ещё, и Алина мне объявила, что в Понедельник обучение на 9 и мне нужно прийти. На том и расстались. Тогда я ещё не понимала, что это судьба. Только до сих пор не берусь сказать - плохая или хорошая.


В общем, на обучение я опоздала на полтора часа. В группе было, кажется, шесть человек, и я сразу почуяла, что что-то здесь неладно. Почуяла и девушка рядом - она заявила, что работает она в финансовой сфере, ожидала совсем другого - встала и гордо удалилась. Мне тоже ой как хотелось свалить я уже почти встала, но тут солнышко Мелани скорбно поджав губы, опечалилась, что за эти несколько лет сколько она там проводит обучение никто ещё от неё так не уходил и я осталась привязанной к месту. Мне даже стало стыдно.


Теперь я понимаю, что в этой компании всё делали правильно - прям как мы с клиентами - лишней информацией сразу не пугали, отсеивали правильно, рассказывали красиво. Тогда я просто поплыла по течению.


В группе нас было пять человек - Я, девочка Мэри, с занудным личиком и таким же занудным ааааа после каждой фразы, сколько бы она не пыталась это убрать. Она учила немецкий и много бывала где-то за границей. Некрасивенькая низенькая девочка со сладким голосом за который её похвалили, которая сразу начала делать продажи - Джессика. Она всё это время проучилась в Польше на английском и очень кичилась этим, а ещё тем, что она такая богатая. Потом её взяли на отдел повыше - на рэтэншн, а потом уволили, понятия не имею за что. Был мальчик Дэмиан - я терпеть не могла его впоследствии, когда он себя проявил, просто за то, что с таким мерзким характером он взял себе моё любимое имя - Дамиан из Германа Гессе. Он бывал в британском коллежде , почему-то думал что у него великолепный акцент и считал что всегда все виноваты кроме него. Он уже работал в такой сфере до этого и никогда никого не слушал, потому, что думал, что всегда прав. Ещё была крикливая девочка Кейт, которая постоянно вопила "Я не могуууу", "Не могууу", а в итоге отчалила обратно в Дбай работать хостесс.


Никто из них впоследствии здесь не остался. Здесь вообще постоянная текучка кадров.


В общем, в первый день обучения нам рассказали как, почему и что, потом у меня заболело горло и ходила я запхэканная. Английский мой тащился где-то в конце поезда и всё, что я слушала - я лихорадочно записывала, так как ужасно боялась хоть что-то не запомнить и пропустить. Я тогда всё вокруг считала жутко важным и с иронией думала, что с такими языковыми параметрами на фоне выездных англоговарящих коллег по группе меня очень быстро попрут.


А потом был второй день.


А потом зашел он. Алекс.


Алекса сложно описать. Как бы я ни пробовала - как не прокручивала в голове его образ. Сухо. Нескладно. Недостаточно.


Когда я думаю о нём во рту собирается вязкая слюна - даже отсюда простирается его животная энергетика.


Я думала, такие как он бывают только в книгах.


Он ниже меня - на пару сантиметров, но имеет мощное - звериное как бы телосложение. Лысый череп, мускулистые руки в татуировках в стиле техно. Бархатный вкрадчивый голос. Он манипулятор в чистом виде - это, оказывается, на сказки, он действительно - сознательно знает что, как и где сказать.


Как надавить на больное, как пожалеть, где похвалить. Он не кричит - никогда не срывается - а если и кричит - это всегда неожиданно - это именно для того, чтобы быть неожиданным - встряхнуть, подёргать за ниточки, добиться нужного. Но голос мягкий, бархатный, располагающий.


Ему чуть больше тридцати и иногда у меня складывается впечатление, что он, не моргая, может кого-то застрелить. Адреналин, мать твою.


Поэтому, когда я его вижу, я всегда улыбаюсь - иногда невольно, иногда, чтобы обратить его внимание на себя. Это - единственный мой способ нормального общения, так как он часто приходит просто чтобы понаблюдать как интенсивно мы работаем, стоит, вальяжно опираясь на стенку рабочего стола, хозяйским змеиным взглядом обводит помещение. Я всегда улыбаюсь ему - и он улыбается в ответ, а что ему ещё остаётся делать - а потом я сразу отвожу глаза.


Говорить при нём нормально я не могу.


Сначала я думала, что это из-за того, что я его боюсь - он вообще - нарочно или подсознательно - вызывает чувство напряженности и страха, особенно если чем-то недоволен. Но, в том-то и дело, что я не боюсь - а если страх и есть - то это страх азартный - как когда пытаешься поднести руку к огню - а он жжется.


Я не боюсь, потому что для меня конечная причина страха - смерть, а как атеист в глаза смерти я смотрю спокойно и умиротворённо.


Потом я поняла, что это потому, что он мне нравится. Наверно я в конечном итоге осознала это когда в энный раз перечитывала "Понедельник" Мотохару и Дима там сказал, что боится тех, кто ему нравится. Так и со мной. Это было не то, чтобы прямо таким открытием-открытием, но всё-таки я в который раз пересмотрела свои ценности - перевернула и поскладывала их заново как кубик-рубика.


Сейчас я пришла к ещё более осознанному пониманию этого феномена - он мне ужасно нравится - я им восхищена, потому часто о нём думаю, думаю, что сказать ему, что сделать. Но мы никак не окажется наедине, поэтому я никак не поговорю с ним, а ещё стоит ли говорить с ним вообще? Оно мне надо? Поэтому остаётся много всего невысказанного, и когда приходит время поговорить - я теряюсь.


А ещё говорю глупости.


Господи, я ещё ни разу не говорила столько глупостей. О работе, о чём-то, о чем я имею совершенно другое мнение. Он сбивает совершенно все мои мысли.


Я часто думала, что это какой-то особый вид дурацкой влюблённости, но по-моему я просто маюсь бездельем и схожу с ума.


И, кстати, когда его долго нет в офисе - чувство притупляется и мне кажется - что вся эта хрень мне только показалась.


Недавно познакомилась с лысым товарищем, только потому, что он был похож. Потом разочаровалась забила на товарища, а сегодня стояла в душе - думала об этом, в итоге пришла к очень такому осознанному выводу: "Ага, вот что значит, суррогат".


Приехали.


А теперь я ещё и улавливаю оттенки его настроения. Когда он в хорошем настроении, к нему можно подойти и что-нибудь попросить: например график на пол дня на учебу (только на время сессии). Он бывает пипец какой злой - чаще всего из-за работы, хотя, может, и из-за личного фронта - что-то там у него интересное с девушкой из саппорта. А ещё он иногда бывает очень уставший, только старается не показывать. Мы сегодня сидели, слушали мои разговоры, даже без публичных унижений ("У тебя дерьмовый английский" - так, зараза, и сказал месяцев пять назад.), а перед этим слушали разговоры ещё одной девочки - я сидела и улыбалась ему, он - мне и девочке, а потом уставился в монитор и потёр переносицу усталым движением. Я подумала, что ему нужна конфетка и немного поднять настроение - не может же он всем постоянно его поднимать. Ещё бывает занятым и злым - когда я попросила отпуск в ноябре - чтоб, соответственно указать в свою Москву - он сказал, как отрезал "Уйдёшь, можешь не возвращаться" - мне было ооочень обидно, но, ничего, пережила. Я как чертов флюгер, поворачиваю голову за ним - наблюдаю. Тащусь.


Он очень умный и начитанный. Это видно из его разговоров, хотя, если по-английски он звучит как бизнесмен с последствиями, то по-русски - как матёрая мафия, но когда-то он с Максом - тимлидером русского отдела разговаривали и обсуждали, если я не ошибаюсь, стихи то ли Есенина, то ли Маяковского, то ли Блока.


Это, на самом деле, какой-то такой вид мазохистически-эстетического наслаждения - наблюдать, как он строит людей - меня в том числе. Как воспринимает меня как инструмент, не ставит ни во что - ему вообще на меня плевать, и я прекрасно знаю, что вряд ли его получу - я не люблю лезть первой, не люблю вмешиваться - особенно с учётом того, что у него есть девушка; не люблю лезть в душу, если не просят. Я бескорыстна в этом плане, но я навсегда оставлю в себе этот образ.


И это так болезненно-сладко - это моё навсегда. Как будто я какое-то неживое существо, в пассивном залоге. А вокруг всё расползается, расползается - и остаётся только память.


Всё-таки я чертов романтик.

Я написала о нём зарисовку. Пофигистически-гейского характера.


И это было самое глубокое и самое откровенно-моё, что я когда-либо писала. Я прочитала это преподавателю по литературе - она улыбнулась и дежурно похвалила: с тех пор я сомневаюсь, что она такая глубокая, как мне казалось и кажется - каждый раз, когда я её перечитываю. Может, просто это слишком моё-моё-моё, чтобы только для меня, и ни для кого больше. И всё-таки, она о нём - о том чувстве неразделённости и одновременно полноты, которые он во мне вызывает.


Он нравится мне, сколько бы я не прикрывалась милыми "он нравится мне как человек, потому, что и всего сам добился" и бла-бла-бла. И я знаю, что именно этого человека я хочу видеть в своей постели, в своей жизни - просыпаться, засыпать, смеяться, радовать. Это очень сложно.


Я знаю, что с ним моя жизнь не будет монотонна.


Но так же я знаю, что я не буду даже пытаться его получить. И плевать мне на все эти "если не попробуешь, то будешь жалеть всю оставшуюся жизнь" - мы говорим не о прыжках с парашюта, а насчёт всего прочего остального - эта фраза скорее маркетинговый ход, манипуляция.


Мы сейчас говорим о совершенно ином "попробуешь". Это его жизнь и я достаточно его уважаю, чтобы уважать его свободу выбора и свободу от меня.


Как там "Свобода - это вынужденная необходимость".


Трус несчастный я. Блять.


Или нет?


Или правильно?


Хотя, признаю, в какой-то момент я достаточно сходила с ума, чтобы почти сказать что-то... в таком духе...


Сначала я его идеализировала, потом начала видеть в этом образе - человека - резкие черты скул, узкую линию губ, эту манеру приобнимать всех хозяйским жестом.Это было очень смешно, когда кто-то сказал, что он тоже, кажется, Овен и, по-моему, родился почти в тот же день, что и я. Подарю ему конфетку в апреле.


Теперь у меня в голове крутится фраза, сказанная ещё от одного овна - коллеги "Овны любят, чтобы их хвалили", а следом за неё ещё какая-то, вычитанная в Интернете - начальников редко хвалят, поэтому они любят это дело. Нет, серьёзно , подарить ему что ли конфетку?


Суррогат, суррогат.


Вот поэтому я и не хочу ни отношений, ни семьи... Зачем мне, если вся эта хрень, если она суррогат?


Помучиться и попечалиться я и в одиночестве смогу.


Вопрос только в том, насколько я моногамна.


А ещё я подстриглась и сделала татуировку.


...А ещё я работаю уже девятый месяц.


Суббота, 22 апреля 2017

Читаю тут..

«История – это ведь не то, что случилось. История – это всего лишь то, что рассказывают нам историки. …История мира? Всего только эхо голосов во тьме; образы, которые светят несколько веков, а потом исчезают; легенды, старые легенды, которые иногда как будто перекликаются; причудливые отзвуки, нелепые связи»


Барнс Джулиан. История мира в 10 ½ главах // Иностранная литература. №1. 1994, с.67–232.


Удивительно интересная книга, хотя мне сначала совсем не пошла.


Очень похоже на одну из идей романа Демиан, только там контекст немного метафизический, романтический а здесь больше иронической нигилистики.


Это, кстати, книга обязательная к прочтению для экзамена по Зарубежке на 4-м курсе.


Понедельник, 01 мая 2017

12:20 Хотела об одном, а получилось обо всём на свете...

Уже не помню, упоминала ли я, но вот уже два года занимаюсь японским. Это облегчённый курс, поэтому у меня всё ещё невысокий уровень. Занятия две раза в неделю и идти туда недалеко от работы - ну как, сравнительно недалеко - минут сорок пешком. И в этот раз, недавно, в пятницу, погода была хорошая и я шла пешком. Курсы проходят на политехническом университете и дойти туда очень легко - прямо до цирка и направо. У меня в запасе было полтора часа, я захотела пойти необычным путём и свернула раньше. Тогда я случайно попала в район для состоятельных людей. Я, конечно, знала, что любой город делится на две части - для обычный и состоятельных, но никогда не обращала на это внимания. Теперь, видимо, чтобы напомнить мне, Киев подсунул мне эту картину прямо под нос. Хотя, запомнился мне даже не жилой район. Мне впечатался в память палисадник, перед одним из домов этого района, с вкруговую выложенной дорожкой, где обалденно красивый мальчик лет 25-27 с немного восточным разрезом глаз пытался ударить поводком своих породистых собак. Мальчик был как с обложки - такая, турецкая, может, арабская внешность, но незагорелый, с белой кожей и очень дорого одетый, держал в руке поводок салатового цвета и пытался им стегать собак - одну тонконогую, пепельную, охотничьей породы с умной мордой и золотистого ретривера. Я шла достаточно быстро, поэтому не смогла разглядеть, играл ли он или действительно был зол - так как несмотря на то, что ретривер косил на хозяина хитрым глазом, уворачиваясь, эти восточные черты показались мне достаточно жестокими. И вообще, во всём этом был какой-то элемент сказки - сначала я заблудилась и охранник остановил меня с предупреждением, что это частная территория, я просила его как пройти туда-то туда-то, он показал, но в итоге, пошла я совсем в другую сторону (налево пойдёшь - коня...) Потом этот район - всюду машины - "чейные", но начищенные, как с полочки и все очень дорогие. И этот мальчик черноволосый - восточной наружности, в черном пальто, бьющей собак - как в каком-то средневокомов фильме\книге. Little dizzy - то, что первое пришло мне в голову, чтобы охарактеризовать всё это. Перевод этого состояния всё равно кажется тугим и недостаточным в русском языке - лёгкой головокружение. Точнее, это состояние можно передать тем моментом, когда Герда оказалась в зачарованном саду. Ах да, и вот, ещё одно - то, что я его скорее всего никогда не увижу больше. Отмахиваясь от всей той чуши, что из разных миров и бла-бла-бла, скажу, что на планете Земля слишком много людей чтоб многим из них встречаться дважды. Да и встретив его, я могу его запросто не узнать - потому, что в голове была совершенно другая картинка. В связи с этим вспоминается ещё одно интересное и похожее: В "Демиане" Германа Гессе есть такая сцена - когда главный герой видит пере собой проходящую девушку - и зная, что никогда, скорее всего с ней не познакомится, никогда её больше не увидит, он раз за разом запечатлевает этот образ на картине. Вот и у меня похожее - так что не удивлюсь, если этот восточный товарищ как-нибудь тайком появится на страницах моего бреда, который никто даже не захочет разбирать, ни по Фрейду, ни по Юнгу, ни по Хайдеггеру.

8 переглядів0 коментарів

Останні пости

Дивитися всі

Знайшла в нотатках

Збирала докупи всі свої нотатки по різних речах, то знайшла трохи іншого - якісь записки, мікрощоденники, то один з них залишу тут. Взагалі, багато всього залишається в телефоні, то може колись я збер

コメント


bottom of page